Академия Движения (Кривой Рог) - театр музыкально-пластических искусств

На главную  /  Статьи  /  «Предательство карается»

«Домашняя газета» №43(682) от 28 октября 2009 г.

«Предательство карается»

Наверное, нет человека с сердцем и воображением, который бы прочитал феерию Леси Украинки «Лісова пісня» и не влюбился в это поэтическое, полное поэзии, волшебства и народного духа сочинений гениальной поэтессы. Куда до нее всем этим новомодным «фэнтези» и прочим завлекалкам! Это вдохновенная песнь о самом главном – о том, как прекрасна любовь и как горька судьба тех, кто ее предает, поддавшись чисто прагматичным, житейским интересам. И рассказала эту романтическую драму Леся Украинка так образно, ярко, так умело использовала народные верования, легенды, что читатель с первых минут погружается в сказочный мир живой природы Полесья, в атмосферу высоких чувств. Говорю «читатель», потому что мне не приходилось увидеть «Лісову пісню», поставленной на сцене и даже снятой на экране, чтобы эти работы были равновелики по качеству самому оригиналу. Это, конечно, мое мнение. Может быть, это и вообще невозможно – слишком глубока и грандиозна эта вещь. Хотя попытки, конечно, были, даже у того же А. Бельского. Лет девять назад Александр Игнатьевич ставил «Лісову пісню» с участием народной артистки СССР и Украины Ады Роговцевой. И эта работа была высоко оценена зрителями: обаяние Ады Роговцевой (которая читала текст) плюс творческий подход молодого театра и режиссера не могли не привести к успеху. Но режиссеру хотелось попробовать поставить «Лісову пісню» по-иному.

Лесина пiсня

И вот – новая работа, полностью пластическая, и совершенно понятно, почему театр назвал ее не «Лісовою», а «Лесиной песней». Отказавшись от идеи «дословно» следовать оригиналу, режиссер создал свою версию произведения, лишь в самом главном напоминающую литературный первоисточник. Наверное, для этого пришлось пожертвовать некоторыми сюжетными ответвлениями, сократить даже число действующих лиц, зато ввести новые, например Судьбу, ограничить и переосмыслить многие поэтические образы. Само собой, в ходе этого что-то потеряно. И если «Лісова пісня» Леси Украинки сравнима с картиной маслом – ярким, красочным, «густонаселенным» живописным полотном, то спектакль «Лесина песня» похож по-моему, скорее на произведение в жанре графики. Густого Лесиного письма, создавшего целый мир неведомой нам чувственной, осязаемой, реальной и мистической, человеческой и «лесной» жизни, в нем нет. Это понятно: все-таки слишком разные это жанры искусства – слово, литература и танец, пластика тела.

Лесина пiсня

Однако не стоит оценивать работу с точки зрения "чего в ней нет". Гораздо правильнее, наверное, оценить то, что в ней есть. А есть в спектакле много, трогающее душу зрителя, заставляющее зал замирать в какой-то космической тишине на протяжении всего действа и взрываться бешеными овациями в конце. Есть глубокая философская мысль режиссера, таинственным образом передаваемая танцем, и зрители неожиданно сами для себя обнаруживают, что воспринимают ее в виде вечного постулата: не предавай себя, свою любовь, свою судьбу. Иначе, как и несчастный Лукаш, будешь бродить по лесным дебрям (по жизни то есть), воя волком от тоски и отчаяния, от понимания огромной, невосполнимой утраты и невозможности что-то изменить, вернуть…

Впрочем, назидательности – такой или иной – тоже нет в спектакле. Ведь он рассчитана на юношескую аудиторию, которая не воспринимает прямых указаний. Спектакль берет молодых зрителей эмоциональностью и чудесной пластикой, фантазией музыки и костюмов, и – что завидовать?- юной красотой исполнителей.

Как убедительна и органична Мавка в исполнении Лизы Бондаренко – хрупкая, пластичная, вся трогательная, словно молодое, только что впервые зацветшее деревце! Художник по костюмам Татьяна Боброва одела героиню в летящие, легкие, как свежая березовая листва, одежды, подчеркивающие ее прелесть. У Леси Украинки Мавка – лесное сказочное существо, сродни деревьям, лесным духам. Полюбив крестьянского парня, Мавка жертвует своей природой, а по законам мироздания это всегда наказуемо. Мавка обречена, но ее гибель оправдана огромностью цели- любовью, к тому же сама Мавка воспринимает свою судьбу без надрыва. Помните, у Леси: «О, не журися за тіло…Легкий, пухкий попілець ляже, вернувшись, у рідну землицю, вкупі з водою там зростить вербицю, - стане початком тоді мій кінець». Лиза Бондаренко и танцует свою Мавку без трагической ноты, а может, только с налетом грусти, с сожалением о разлуке с любимым, но и с верой в весеннее возрождение свое вместе с природой. Трудно быть, это мастерство режиссера и хореографа, но может быть – проницательность таланта. Он всегда мудр.

Лесина пiсня

Лукаш в исполнении Сергея Бельского – именно такое, каким написала его Леся Украинка. Судьба наградила крестьянского мальчика чудным умением играть на сопилке, очаровывая всех. Этим он и покорил отзывчивую на красоту Мавку. В самой первой юности душа Лукаша тоже не чужда поэзии, да и прелесть лесной девы не может не взволновать юношу. Он искренне полюбил Мавку, и это отражается в его вдохновенном танце. Но как изменяется весь рисунок его движений, когда в душе Лукаша берет свое известная селянская практичность! Любил-то он нежную и поэтичную Мавку, но жениться вынужден все же на зажиточной дородной вдове Килине (артистка Виктория Ивасих). И эта измена лишила Лукаша не только всего, что было в его душе высоким и человечным, но и самой жизни. В пьесе Лукаш превращается в вовкулаку – человека-оборотня, оглашающего по ночам лес своим жутким и тоскливым воем. В спектакле мы видим несчастного, утратившего смысл жизни человека. Эта трагедия впечатляет.

Остальные роли с блеском и взрывчатой энергетикой исполняют Александр Олтянов, Андрей Ивасих, артисты массовых сцен. Выделяется роль Никиты Давыдова, он танцует Мальчика. Режиссер отдал этой роли большую смысловую нагрузку – кроме всего прочего, в его танце воплощена «украинсткость» происходящего. Танец Никиты напоминает о гуцульских плясках, хороводах Волыни, он как бы «привязывает» действие к северной украинской земле. Это первая «сольная» роль Никиты и она ему удалась.

Новое пополнение «Академии движения», таким образом, ярко заявило о себе. Верится, что впереди у ребят и их наставников хорошие перспективы.

Хочется отметить еще и роль звукового фона в спектакле, которая очень важна. Действие насыщено звуками, как насыщены ими всегда вековые леса: не только шум ветра или бури, клекот лесного пожара, но и пение птиц, и унылый волчий вой, и предсмертный вскрик неведомого существа. Некоторым образом эта густая звукопись заменяет декорации, которых в спектакле, видимо из-за бедности попросту нет. Зато много искусственного тумана, на мой взгляд, чересчур уж много. Конечно, осенью он же не вырывается, как вода из шланга, из одного источника.

В целом же новая работа должна войти в ряд с остальными хорошими спектаклями театра.

Лариса Чухан